Четверг, 18.08.2022, 21:12
| RSS
Меню сайта
Разделы новостей
Аналитика [166]
Интервью [560]
Культура [1586]
Спорт [2558]
Общество [763]
Новости [30593]
Обзор СМИ [36362]
Политобозрение [480]
Экономика [4719]
Наука [1795]
Библиотека [414]
Сотрудничество [3]
Видео Новости
Погода, Новости, загрузка...
Главная » 2009 » Март » 12 » Судебные процессы в Оттоманской империи (ч.II)
Судебные процессы в Оттоманской империи (ч.II)
00:31

Analitika.at.ua. Третий крупный процесс был начат 8 июля 1919г. По этому процессу были привлечены к ответственности виднейшие иттихадистские деятели во главе с членами правившего триумвирата.

 

В апреле 1919 - январе 1920г. Чрезвычайный военный трибунал рассматривал дела ответственных секретарей партии "Единение и прогресс" в провинциях и других должностных лиц, организовавших массовые убийства и грабежи армян в Йозгате, Трапезунде, Харпуте. В деле по депортациям и резне в санджаке Йозгат заочно судили вали (губернатора) Трапезунда Джемала Азми-бея, сумевшего к тому времени сбежать. Весь состав турецких судов, рассматривавших дела по обвинению в Геноциде армян, состоял из турок по национальности, имевших высокие воинские звания, поэтому никаких сомнений в отношении объективности к обвиняемым, а тем более в проявлении какого-либо сочувствия к армянам быть не могло. В одном из них председательствовал курд Мустафа-паша, прозванный Немвродом по имени легендарного изверга.

 

Один из пяти пунктов обвинения, предъявленного главарям младотурок, касался депортации и массовой резни армян. Как следует из обвинительного акта от 12 апреля 1919г., "принимая во внимание собранные... доказательства и свидетельства об участии в резне" обвиняемых - членов Генерального совета партии "Единение и прогресс", бывшего министра внутренних дел и великого визиря Талаата, военного министра Энвера, морского министра и командовавшего войсками в Сирии Джемала, членов центрального аппарата преступной партийно-правительственной "Специальной организации" ("Тешкилат-и Махсуссие") Бехаэтдина Шакира, д-ра Назыма, Атиф-бея и Риза-бея, а также бывшего начальника общей охраны Азиз-бея и бывшего коменданта столицы Джевад-бея, их дела были переданы в столичный военный суд в Константинополе по обвинению в преступлениях, предусмотренных ст. 170 Уголовного кодекса.

 

Благодаря копии протоколов судебного процесса по делу руководителей младотурецкого правительства и членов ЦК партии "Иттихад ве теракки", сохранившейся в библиотеке Конгресса США в Вашингтоне, сегодня весь мир знает, как  проходил судебный процесс, какие обвинения были предъявлены и доказаны.

 

Все судебные процессы, в том числе над лидерами младотурок, были гласными. Были соблюдены все процессуальные гарантии. Всех обвиняемых обеспечили защитой.

 

В начале судебного процесса бывший великий визирь Саид Халил-паша и другие обвиняемые министры через своих адвокатов поставили вопрос о компетентности суда рассматривать их дела на том основании, что военному трибуналу "не дано право судить высших сановников" государства, что таким правом обладает только Верховный суд.

 

Стремление обвиняемых и их адвокатов обосновать некомпетентность военных судов на том основании, что инкриминируемые им действия должны рассматриваться не как уголовные, а как политические акты, представляло собой по сути первую попытку обращения к доктрине "акта государства", неподсудного суду. Спустя четверть века на это же ссылались гитлеровские преступники и их адвокаты. Турецкий суд отклонил эту апелляцию о некомпетентности на том основании, что ст.92 Конституционной хартии, на которую они ссылаются, касается только преступлений политического характера, совершенных при исполнении своих обязанностей в качестве министров или членов Совета министров, и, согласно оговорке в ст.33 этой хартии, министры не пользуются никакими привилегиями в отношении обыкновенных уголовных преступлений, которые ими совершены или участниками которых они являются.

 

Генеральный прокурор отклонил жалобу на том основании, что подсудимые обвиняются в уголовных преступлениях, рассмотрение которых повсюду находится в компетенции обыкновенных военных судов. В местностях, где объявлено осадное положение, гражданские суды заменяются военными трибуналами. В данном конкретном случае рассмотрение таких дел, как депортации и присвоение имущества, в соответствии с последними карарнамэ входит в компетенцию военного суда. Исходя из этого на специальном заседании трибунала жалоба была признана необоснованной и отклонена. Утверждение уголовного характера преступления геноцида представляет первый в судебной практике прецедент: в оценке актов геноцида как уголовно наказуемых преступлений турецкие суды, можно сказать, предвосхитили и устав Нюрнбергского трибунала, и Конвенцию о предупреждении преступления геноцида и наказании за него. И сделали они это, как ни парадоксально, отнюдь не потому, что по-настоящему стремились наказать за это преступление, а напротив, потому, что, как уже указывалось, стремились сохранить его последствия. Признавая личную уголовную ответственность младотурецких лидеров, суды рассчитывали снять политическую ответственность с самого государства. Руководствуясь политическими соображениями, турецкое правосудие желало придать массовым избиениям армян и их изгнанию не политическое, а уголовное объяснение.  Именно поэтому турецкие суды рассматривали дела организаторов и исполнителей массовых убийств и изгнания армян как чисто уголовные действия.

 

Во всех процессах обвиняемые заявляли о своей невиновности и, поддерживаемые своими адвокатами, просили суд оправдать их. Однако в свете представленных доказательств эти просьбы, за редкими исключениями, не были удовлетворены. Так, в приговоре по делу о резне армян в Йозгате, вынесенном военным трибуналом, отмечалось, что "возражения, представленные указанными обвиняемыми и их адвокатами, полностью отвергнуты ввиду наличия исчерпывающих свидетельств и неоспоримых доказательств".

 

Судили не только физических, но и юридических лиц - партию, центральный комитет и ее организации: "Имеются доказательства, подтверждающие, что юридическое лицо - комитет - виновно в совершении ряда избиений, грабежей и беззаконий". При этом указывалось, что комитет партии "Единение и прогресс" состоял из двух специальных организаций, одна из которых была гласной и выступала официально, другая же "действовала на основе секретных инструкций, будучи структурой секретного характера".

 

В обвинительном заключении отмечалось, что "ответственность вышеуказанных влиятельных руководителей комитетов установлена" и что "преступления, в которых они обвиняются, подтверждаются приводимыми в обвинении фактами".

 

Особое внимание обращалось на преднамеренный характер преступления, на тщательный выбор времени и на создание соответствующих политических условий: "...влиятельные члены - Энвер, Джемал и Талаат... пользуясь тем, что внимание в Европе занято мировой войной, пытались решить при помощи грубой силы нерешенные вопросы, которые следовало решать мягко, не торопясь и в соответствии с логической необходимостью". Для осуществления инкриминируемых им преступлений "они втянули империю в мировую войну, поставив ее с помощью определенных ухищрений перед свершившимся фактом".

 

Действия обвиняемых носили планомерный характер: были заранее созданы организации, предоставлены материальные средства, продуманы вопросы секретной связи. Об этом в обвинительном акте говорится: "Чтобы осуществить свои секретные планы, они сразу же после военных приготовлений оживили тайную деятельность секретных комитетов. Они создали "Специальную организацию", состоявшую из выпущенных из тюрем преступников, которые образовали ядро банд, действовавших по особым инструкциям и приказам. Были розданы большие суммы денег агентам и личному составу, находившемуся в распоряжении указанных лиц, а также переведены деньги в районы их деятельности. Было установлено, в частности, что Бехаэтдин Шакир передал участникам преступления ключи к шифрам, предоставил в их распоряжение значительные суммы денег, автомобили и средства разрушения и таким образом тайно содействовал целям главарей партии "Единение и прогресс". Из обвинительного акта следует, что эти и другие подготовительные меры были проведены для реализации преступного плана уничтожения армянского населения при помощи резни или так называемых депортаций.

 

Отметив, что от действий партии "Единение и прогресс" и местных партийных организаций "в наибольшей степени пострадали армяне", обвинительный акт делает основной вывод, позволяющий квалифицировать эти действия, выражаясь современной терминологией, как геноцид: "Главное, что вытекает из предпринятого следствия, состоит в том, что преступления, совершенные со времени высылки армян в разные места и в разные периоды, не являются изолированными или локальными действиями. Они были заранее продуманы и осуществлены по распоряжению центрального органа, состоявшего из вышеуказанных лиц, либо посредством секретных приказов и устных инструкций".

 

В обвинительном акте на основе сохранившихся секретных документов (телеграммы NN59, 67 и 68, ряд шифрованных телеграмм) подчеркивается, что тайной организацией "Тешкилат-и-Махсуссие", специально созданной для осуществления плана уничтожения армян, руководила правившая тогда младотурецкая партия.

 

Проведена большая работа по выявлению сохранившихся документов не только в центральных ведомствах, но и на местах. С этой целью были посланы запросы в провинции. Собранные в результате расследования изобличающие документы позволили обосновать обвинения. Следующий отрывок из обвинительного акта по делу лидеров младотурок с соответствующими комментариями обвинения показывает, что обвинения подтверждались документами: "Тот факт, что резня и зверства в Диарбекире совершались по подстрекательству Талаата, подтверждается шифрованной телеграммой, адресованной губернатором Зора Алди Суад-беем упомянутому Талаату..."

 

Губернатор вилайета Харпут сообщал со своей стороны, что все дороги усеяны трупами женщин и детей и что их не удается похоронить (серия 8, документ 8). Эта телеграмма находилась в деле, заведенном на Талаата, и хранилась в 5-м комитете парламента. Упомянутая выше шифрованная телеграмма губернатора Зора, подлежащая уничтожению, подтверждается вышеуказанной телеграммой.

 

Сохранился (в серии 9) текст шифрованной телеграммы от 4 мая 1915г., которую председатель "Специальной организации" Бехаэтдин Шакир направил вали (губернатору) Харпута для передачи ответственному секретарю отделения партии "Единение и прогресс" в Харпуте Реснели Назым-бею. В телеграмме говорилось: "Нельзя ли устранить депортированных оттуда армян? Вы мне дали знать, что жестокие люди мучили их. Уничтожены они или высланы дальше? Брат мой, информируйте нас об этом точно".

 

Установлено, что в начале войны был пущен слух, будто эти бандитские формирования должны принять участие в военных действиях. Обвинение располагало доказательствами и соответствующими документами, из которых следовало, что в действительности эти банды предназначались для резни и истребления высылавшихся армян.

 

Тот факт, что убийства совершались по приказу и с ведома Талаата, Джемала и Энвера, подтверждался шифрованной телеграммой, адресованной мутессарифам Диабекира, Харпута, Урфы и Дейр-эз-Зора и содержавшей приказ зарывать оставленные на дорогах трупы, а не бросать их в овраги и реки, а также сжигать вещи, брошенные депортированными в пути.

 

В приказе губернатора Харпута, переданном шифрованной телеграммой губернатору Малатии, говорилось: "Несмотря на повторные приказания, на дорогах все еще остается большое количество трупов. Нет надобности объяснять, какие неприятности могут возникнуть из-за этого. Министерство внутренних дел дало знать, что чиновники, пренебрегающие этим приказом, будут строго наказаны и что все трупы, находящиеся в пределах вашей территории, должны быть тщательно закопаны. Необходимо поручить это дело достаточному числу жандармов и чиновников, направив их немедленно по всем направлениям".

 

Телеграмма, подписанная командиром 3-го армейского корпуса Махмудом Кямилем, предупреждала, что всякий мусульманин, который попытается защитить хоть одного армянина, будет повешен перед своим жилищем, а дом его буден сожжен.

 

В деле младотурецких лидеров, как и в других делах, имелся ряд свидетельских показаний турецких государственных деятелей о резне армян. Так, в деле лидеров имеется показание бывшего депутата от Трапезунда Хафиза Мехмет-бея, "касающееся деталей потопления в Черном море армян, посаженных на суда", где говорится, что, когда весть об этой трагедии дошла до Талаата, против губернатора Джемала Азми не было принято никаких мер. Это, по мнению обвинения, "усиливает степень виновности Талаат-бея".

 

Губернатор вилайета Кастамону Решид-паша заявил (серия 2, с.13), что он получил шифрованную телеграмму от Бехаэтдина Шакир-бея о необходимости депортации армянского населения и о действиях Хасана Фехми эфенди, ответственного секретаря партии "Единение и прогресс" в этой провинции. На заседании ЦК этой партии он подал председателю Талаат-бею докладную записку, в которой сообщал о зверствах, совершенных в провинции в отношении армян, и требовал расследования действий всех ответственных секретарей партии, а также д-ра Решида, Джемала Азми, Сабита, Моаммера Атифа и начальника тюрьмы Ибрагим-бея. Талаат проигнорировал эту записку, приобщив ее к "делу". Он заявил ему в спортивном клубе в Смирне: "Я поступил бы со здешними так же, как и с прочими".

 

При слушании дела младотурецких лидеров и дела об избиениях в вилайете Харпут ссылались на свидетельство командующего северной группой войск турецкой армии, а позже - Кавказского фронта генерала Вехиб-паши о том, что резня и истребление армян, равно как и ограбление и захват их имущества, были преднамеренными акциями и совершались для достижения заранее поставленной цели в соответствии с решением центрального комитета партии "Единение и прогресс" и что в районе расположения его армии живодерами в человеческом обличье руководил сам Бехаэтдин Шакир.

 

Следствие располагало также показаниями других должностных лиц, которые свидетельствовали, что правительство смещало с занимаемых должностей или физически устраняло всех, кто проявлял колебания в проведении предписаний правительства в отношении армян, не выполняя приказы об уничтожении женщин, детей, стариков.

 

Французские, а также армянские источники сообщали, что 27 января 1919г. показания в военном трибунале в качестве свидетеля давал и генерал Мустафа Кемаль. "Наши соотечественники совершили ужасные преступления, прибегали ко всем мыслимым формам деспотизма, организовали депортации и истребления, сжигали живьем облитых керосином младенцев, насиловали женщин и девушек на глазах родителей, захватили их движимое  и недвижимое имущество, обрекли на ужасные условия в Месопотамии, обращаясь с ними в пути бесчеловечно... Они поставили армян в такие невыносимые условия, каких не знал ни один народ во всей истории". Позднее, в 1926г., в интервью, данном газете "Лос-Анджелес экзаминер" в связи с организованным против него младотурецким заговором, президент Турецкой Республики Мустафа Кемаль, говоря о необходимости "уничтожить" всех иттихадистов, сказал: "Из-за достойной сожаления политики этой партии был уничтожен и выслан один миллион христиан".

 

Судебный процесс над бывшими деятелями младотурецкой партии и правительства, начатый в Стамбуле в январе 1919г., завершился 16 июня того же года.

 

Представленные трибуналу письменные показания высших должностных лиц, шифрованные телеграммы, приказы о депортации, письма и другие документы, которые исходили от руководителей партии "Единение и прогресс", свидетельствовали о преступном заговоре с целью физического уничтожения армянского населения и подтверждали прямое участие в организации и осуществлении этого преступления Военного министерства, Министерства внутренних дел, органов безопасности, полиции и армии. Доказательства были столь очевидны, что ни один голос не был поднят в защиту обвиняемых.

 

После длительного судебного разбирательства Военный трибунал Стамбула 6 июля 1919г. вынес решение: за вовлечение Турции в мировую войну и организацию массовой депортации и резни армян заочно приговорить к смертной казни главных преступников - бывшего великого визиря и министра внутренних дел Талаата, военного министра Энвера, члена правившего триумвирата и командующего войсками в Сирии Джемала, министра просвещения и генерального секретаря младотурецкой партии Назыма.

 

Приговор Военного трибунала по делу об убийствах армян в санджаке Йозгат был вынесен 8 апреля 1919г. "после исчерпывающего рассмотрения всех заявлений и документов дела".

 

Суд отверг попытки обвиняемых оправдать свои действия мнимым бунтом или мятежом армян. В приговоре по делу об убийствах армян в Йозгате говорится: "...обвиняемые и их адвокаты утверждали, что в районах, где происходили военные операции, и конкретно на территориях противника или в оккупированных им районах некоторые армяне по подстрекательству определенных революционных комитетов участвовали в восстании".

 

Реакция турецкого Военного трибунала на этот "аргумент" примечательна не только с фактической, но и с правовой точки зрения. Суд установил, что этот довод обвиняемых и их адвокатов "не может служить доказательством того, что их соотечественники, населяющие другие оттоманские территории, вели себя нелояльно. Только незначительная часть армянской нации приняла участие в имевших место время от времени подстрекательствах к мятежу. Другие армяне часто проявляли свою лояльность".

 

Приговор по делу о депортациях и убийствах армян в вилайете Трапезунд был вынесен 22 мая 1919г. В ходе судебного процесса по этому делу было установлено, что обвиняемый вали Трапезунда Джемал Азми-бей давал секретные директивы о резне армян, а секретарь партии "Единение и прогресс" в этом вилайете Наил-бей участвовал вместе с ним в выполнении этих секретных инструкций. Было также установлено, что они осуществляли меры по уничтожению армян под видом исполнения законов о депортации. Включая в состав конвоев, сопровождавших колонны депортируемых, уголовных преступников и жандармов, готовых сотрудничать с ними, Азми-бей лишал депортируемых армян защиты. Как только караваны удалялись на достаточное расстояние от города, в безлюдных местах мужчин и женщин отделяли друг от друга. Затем группы бандитов, состоявшие из лиц этой же категории, нападали на армян. Мужчин грабили, пытали и убивали; женщин уводили в другие места и там, отобрав у них украшения, деньги и одежду, насиловали. Затем они заставляли караваны идти месяцами по таким маршрутам, которые окончательно изнуряли депортированных. Таким образом, большое число депортируемых армян умирало от голода, жажды и истощения.

 

Во многих местах женщин и даже девочек собирали в группы, грузили на баржи под предлогом транспортировки морем, а когда баржи оказывались в открытом море за пределами видимости с берега, этих женщин и детей бросали в море и топили.

 

Суд приговорил заочно вали Трапезунда  Джемала Азми и партийного секретаря вилайета Наила к смертной казни и конфискации их имущества, а других обвиняемых - к разным срокам тюремного заключения.

 

В приговоре, вынесенном 13 января 1920г. Военным  трибуналом по делу о резне в вилайете Харпут, говорится, что д-р Бехаэтдин Шакир, член ЦК партии "Единение и прогресс", в качестве руководителя "Специальной организации", состоявшей из банд чете (нерегулярных войск и освобожденных из тюрем уголовников), "был автором трагических актов групповых убийств и ограблений, совершенных в разное время и в разных местах во время депортации армян". Осуществляя "свои гнусные проекты", он "действовал сознательно и одобрял действия тех, кому давал поручения устно либо посредством шифрованной корреспонденции; для уничтожения армян он использовал членов местного отделения "Специальной организации".

 

"Глубоко" и "исчерпывающим образом" изучив заявления и документы "в соответствии с требованиями закона", суд установил, что член центрального комитета партии "Единение и прогресс" д-р Бехаэтдин Шакир направился в Трапезунд, Эрзерум и в другие вилайеты в качестве руководителя "Специальной организации" и, приняв руководство этими бандами чете, осуществил  свои "чудовищные планы", совершая "при депортации армян групповые убийства и ограбления в разное время и в  различных местах".

 

В заключение следовало бы указать, что были признаны виновными в физическом уничтожении армян правящая младотурецкая партия "Единение и прогресс" и ее центральный комитет. В обвинительном акте от 12 апреля 1919г. говорится: "Имеются доказательства, подтверждающие, что комитет в качестве юридического лица виновен в совершении целой серии избиений и злоупотреблений и что таким образом ответственность указанных влиятельных руководителей этого комитета установлена".

 

Преступной была признана и организация, созданная для физического уничтожения армян - "Специальная организация", состоявшая из банд, "действовавших по особым приказам и заданиям".

 

Политической ролью турецкой Фемиды объясняется тот парадоксальный факт, что Талаат и другие главные организаторы Геноцида армян были признаны виновными и приговорены к смертной казни in absentia - после того, как они бежали либо за границу, либо в Анатолию, где осуществлялась перегруппировка сил турецких националистов, причастных к Геноциду армян.

 

Давая оценку судебным процессам в Константинополе, новый британский верховный комиссар Г.Румбольд сказал, что судебное разбирательство проводилось все время с торможением и почти всегда оно было неискренним. В подтверждение он сослался на материалы судопроизводства, показывающие, что "только два человека, занимавших весьма низкое положение", были приговорены к высшей мере наказания.

 

Приговоры, вынесенные турецкими военными трибуналами, не были обеспечены исполнением. Не была проявлена необходимая настойчивость, чтобы добиться экстрадиции организаторов и исполнителей преступления не только со стороны турецкого правительства, но и со стороны победивших в войне Союзных держав Антанты. Когда великий визирь Дамад Ферид, стремясь снять обвинения в заранее разработанной политической инсценировке правосудия, обратился к Союзным державам с просьбой принудить Германию к экстрадиции Энвера, Талаата и Джемала, они не вняли его призыву. 9 декабря 1918г. оттоманское посольство в Берлине потребовало от германского правительства выдачи Талаата, Бехаэтдина Шакира, Назыма и некоторых других членов прежних иттихадистских кабинетов для предания их суду. Германское правительство отказало в экстрадиции нашедших там убежище младотурецких руководителей на том основании, что они политические, а не уголовные преступники. Разрыв отношений между Германией и Оттоманской империей 24 декабря 1918г. положил конец дипломатическим переговорам по этому вопросу.

 

Объясняя отношение западных держав к просьбе турецкого правительства об экстрадиции турецких лидеров, авторитетный исследователь процесса формирования международно-правовой ответственности нацистских руководителей Германии за совершенные ими преступления Джеймс Виллис отмечает два взаимосвязанных фактора. Один из них - скептицизм в отношении турецкого правосудия. "...Британцы, - пишет Виллис, - никогда не считали возможным принять эти разочаровывающие результаты как завершающие и планировали организацию судебного преследования от имени Союзных держав". Другой основной фактор заключался в том, что тогда Союзные державы еще надеялись на урегулирование отношений между Арменией и Турцией в рамках послевоенного устройства мира и не хотели способствовать подмене ответственности турецкого государства фарсом правосудия: "Турция должна была платить за преступления младотурок через мирное урегулирование".

 

Геноцид армян: ответственность Турции и обязательства мирового сообщества. Документы и комментарии. Составитель, ответственный редактор -доктор юридических наук, профессор Ю.Г.Барсегов. Том 2, часть 2, М., 2005, с.261-278. Публикуется со значительными сокращениями, в том числе и научного аппарата

 

Ю.Г.Барсегов

Голос Армении

Категория: Библиотека | Просмотров: 973
Календарь новостей
«  Март 2009  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031
Поиск
Ссылки
Статистика
PanArmenian News.am Noravank.am Деловой Экспресс Настроение Azg
Любое использование материалов сайта ИАЦ Analitika в сети интернет, допустимо при условии, указания имени автора и размещения гиперссылки на //analitika.at.ua. Использование материалов сайта вне сети интернет, допускается исключительно с письменного разрешения правообладателя.

Рейтинг@Mail.ru